Стоящий у окна и нервно ждущий звонка человек обладал совершенно обыкновенной фамилией Иванов. Впрочем, внешностью — тоже. Все было на месте, но слишком на месте, что ли.

Такую ошибку на первых порах допустил знаменитый профессор Герасимов, восстанавливая по черепу облик человека. Он сделал лицо совершенно симметричным. И оно не было похоже на контрольную фотографию Человек асимметричен, тем и запоминается.

В лице Иванова природа уже совершила ошибку. Но, может быть, не ошибку...

Наконец звякнул звонок. Иванов оторвался от урбанистического пейзажа за окном.

— Жду, — сказали в трубке.

— Еду, — тоже коротко ответил Иванов.

Через несколько минут он и невысокий человек, немного суетливый, но с выражением застарелого чиновного чванства на лице, уже шли по коридорам Государственной думы:

— ...Мустафа не сам по себе, у него наверняка есть хозяин за спиной. Он не сможет отказаться от такого предложения. У него рука не поднимется...

— Он может испугаться, — ответил человек, торопившийся вслед за Ивановым, причем в его словах явно проскальзывали те самые оттенки страха, которые он приписывал Мустафе.

— Так не будем его пугать, — пожал плечами Иванов.

— Но как же?..

Остановившись у двери с табличкой «депутат Владимир Петрович Круглое», Иванов взглянул на своего спутника.

— Я все возьму на себя, господин депутат Иван Петрович Круглов, — сказал он с легкой улыбкой, потом раскрыл дверь и пропустил спутника в помещение первым.

Секретарша тут же подняла на них взгляд и неуверенно улыбнулась.

— Пришел?

— Пришел, Владимир Петрович, — сказала она Круглову, — я провела его в кабинет.

— Правильно. Где Шафран? Как появится, срочно ко мне.

— Хорошо. — И секретарша тут же схватила телефонную трубку.