–Изучив сигнальную систему пришельцев, мы тем самым продемонстрируем мирные намерения и снизим их агрессию, – заметил он. Довод показался мне убедительным, о чём я не замедлил сообщить автору первоначальной идеи. Было очень приятно ощущать восторг, который вызвало у юного моё одобрение.

Организация комиссии отняла ещё час. К сожалению, я не смог войти в неё, поскольку не обладал органами для создания низкочастотных вибраций. Совещание завершилось вечером, было принято решение с утра начать подготовку к контакту. Члены будущей комиссии выразили готовность принять участие в работе, мы с Рифом 4 заверил их во всяческой поддержке с нашей стороны.

Этой ночью я наконец выспался.

Ожидали подлёта териосанака с восточного направления. По совету Рифа 4 один из териосанаков был избран в комиссию, хотя я подозреваю, что давая этот совет, Риф 4 имел несколько иную цель. Вероятно, он желал использовать большую физическую мощь и скорость реакции териосанаков для обеспечения безопасности чувствующих, о чём я не замедил сообщить приглашённому териосанаку. К моему удивлению, тот выразил согласие с моим анализом и добавил, что с радостью поможет защитить чувствующих от агрессии из космоса.

Тем временем комиссия уже собралась и была готова отправиться к локационному пункту пришельцев. В неё входили двое флегомов, один гарп и один птер, специально по этому случаю приглашённый с юга. К моему изумлению, птер оказался хорошо известным мне астрономом Текечем 9, чьи работы я помнил наизусть, хотя лично знаком не был. Мы с коллегой выразили взаимную радость нежданной встречей.

Вечером прилетел териосанак, подняв небольшую бурю из песка. Я первый раз видел териосанака, и был вынужден признать, что Риф 4 не ошибался относительно физиологии гостя. Териосанак, носивший имя Каас (без идентификатора), выразил радость знакомством с «блестящей группой учёных», как он выразился.

Немного отдохнув, Каас сообщил что сам вызвался в комиссию, поскольку имеет полезную информацию по поводу нашей проблемы.