- Нет. А тебе?

- Нет, когда ты держишь меня за руку. - Джуди обнял ее снова.

- Нет, просто держи меня за руку. Мы можем так жить всегда, а затем все будет испорчено. Мы будем стареть, ссориться, перестанем заботиться друг о друге. Я не хочу этого. Как ты думаешь, для них все будет так же, как и для нас?

- А как иначе?

- Это было бы прекрасно, - сказала Джесси.

- Сейчас? - спросил он.

- Сейчас, - подтвердила она.

Джуди помог ей сесть на край приемного кармана, а затем устроился рядом с ней сам.

Размер щели оказался едва достаточным для их двух тел.

Рука Джесси крепко сжала пальцы Джуди: сигнал. Вместе они скользнули в машину.

Боли не было, только потеря сознания. Атомы мгновенно освободились от химических уз; то, что раньше было Джуди и Джесси, сейчас представляло собой элементарную материю в камере хранения Репростата.

Из этих атомов собрать можно что угодно: продукты питания, одежду, домашнюю канарейку, даже других Джуди и Джесси.

В соседней комнате Джуди и Джесси спали бок о бок. Действие снотворного начало ослабевать. Рука Джуди лежала на плече Джесси в том положении, в каком уложила ее только что дезинтегрированная Джесси перед тем, как их оставить.

Джесси пошевелилась, Джуди открыл глаза.

- Ты знаешь, какой сегодня день? - прошептала она.

- Х-м?

- Сегодня наш последний день.

- Теперь всегда будет этот день, зайчик.

Она стала напевать песню: - Сейчас, сейчас, сейчас, сейчас это всегда.

* * *

В час ночи последний из участников пирушки покинул банк, и Лестер Тинберли оттащил тело Архольда в "кадиллак". Ключ зажигания он нашел в кармане Архольда. Дорога до загородного дома президента занимала час или немногим больше, чем требовалось для того, чтобы выкурить одну из сигар, полученную из Репростата на приборном щитке.