На пустынной проселочной дороге его вряд ли кто-нибудь мог услышать. Но он кричал, потому что знал: сейчас его убьют.

Громила лениво пожал плечами.

- Тогда говори, - сказал он, не оборачиваясь.

- Что говорить, что?!

Громила помолчал, рукой с сосисочными пальцами почесал макушку.

- Вылезай! - повторил он с раздражением.

- Нет! Нет! Я скажу, ладно, я скажу. Везите меня, я все скажу.

- Куда тебя еще везти? Здесь говори.

- Но я... Но вы... Пожалуйста, я скажу, но вы же ничего не поймете.

- А это не моего ума дело, - сказал громила. И включил магнитофон. Сюда говори.

- А потом вы меня убьете? - тонким голосом спросил человек.

- Ага, - ответил его мучитель.

- Тогда я ничего не скажу.

- Тогда я буду тебя бить. - Громила выключил магнитофон. - Выбью тебе все зубы и заставлю их съесть. Потом отрежу тебе пальцы, по одному, все десять. - Громила снова почесал макушку. - Нет, все двадцать, на ногах тоже. Ты будешь подыхать медленно, ты все равно все скажешь, но тебе будет очень больно. А перед смертью я отрежу тебе уши и тоже заставлю съесть и выдавлю глаза. - Мучитель показал большими пальцами рук, как он выдавит глаза. - А если будешь умницей, я просто выстрелю тебе в сердце и ты умрешь легко и быстро. Ну!

- Я ничего не скажу!

Громила, почти не оборачиваясь, ребром ладони ударил пленника по лицу. У того кровь потекла из носа, он тоненько заныл. Вытереть кровь не было возможности, потому что руки у него были связаны за спиной.

- Не надо, не бейте, я все скажу.

Громила снова включил магнитофон.

- Проблема направленного тектонического взрыва - слишком серьезная проблема, решить ее пока не удавалось никому. Есть какие-то разработки, но они все находятся в стадии гипотез.

Человек шмыгнул носом, втягивая кровь.

- Это все? - спросил громила.

- Да. Больше я ничего не знаю.