На трассе Пастухов остановился, приподнял обшивку в багажном отделении и переложил "стечкина"" в салон под сиденье.

Береженого Бог бережет.

Глава восьмая

До места назначения добрались в три часа ночи. Здесь они должны были провести целые сутки.

Это был небольшой аул южнее Кабула всего на сто сорок километров. Но жизнь здесь замерла лет пятьсот назад. Отряд вошел в аул, не вызвав в местных жителях ровно никаких эмоций. На приступках мазанок сидели старики, женщины и дети, которые равнодушными взглядами проводили колонну, словно каждый день видели столько новых людей с таким странным оружием - у отряда были гранатометы новейшего образца с лазерно-космическим наведением, словно через их аул ежедневно проходят огромные караваны, и местные жители уже ничему не удивляются. Все оказалось как раз совсем наоборот. В этот аул последний раз заходили чужаки лет десять - двенадцать назад - два моджахеда прятались от русских войск. Они прожили здесь три дня, раны их не зажили, местные им не смогли помочь да и не пытались, моджахеды умерли, их похоронили. Впрочем, об этом знали только местные жители.

Когда Крюк попытался найти старейшину аула, аборигены его, наверное, не поняли. Они привели человека с горбом, которому от силы было лет сорок.

- Ты старейшина? - спросил Крюк.

- Я. Старше меня никого нет.

Крюк посмотрел на местных, действительно, горбатый выглядел старше всех. Впрочем, о возрасте здесь тоже ничего не знали, годы просто не считали. Даже дети выглядели стариками, девочки - старухами. Эти люди жили, как растения. Крюк потребовал найти ночлег для отряда. Горбатый подумал казалось, прошла вечность, - а потом сказал:

- Земли много, пускай ночуют.

- Нам нужно укрытие. Мы не можем ночевать под открытым небом, - сказал Крюк.