- Само собой, все твои враги теперь станут и моими, - кивнул киммериец. - Мне только не понятно, о какой мести идет речь. И я что-то плохо представляю, как маленький корабль может выступить против могущественного царства.

Женщина вздрогнула, как от удара.

- Я расскажу тебе все позднее, любимый, - обещала она, и, казалось, слова дались ей с трудом. - Но эта ночь пусть будет отдана только нашему счастью.

Конан крепко обнял ее. Через несколько мгновений она гордо вскинула голову. Серебряный обруч на ее лбу сверкнул.

- Мы отыщем путь, и стигийцы горько пожалеют о содеянном...

Тот-Апис взволнованно подался вперед. Появившись из ниоткуда, волшебную картину со зловещим свистом рассекла призрачная тень боевой секиры. Тьма скрыла видение. Рептилия, вздрагивая, свилась кольцами.

- Митра! - услышал чародей голос, ставший очень тихим. - Ты нашел меня. Но игра еще не окончена, Митра, о нет, она только началась...

Гнетущая тьма и тишина окутали Тот-Аписа.

Каким-то уголком сознания он удивлялся, почему не рухнул без чувств на пол после всего, что увидел и пережил. Куда после столетий, отданных Черной Магии, проникла часть змеиного духа Сэта - в ночную тишину за стенами или в него самого? В тот миг чародей не мог ничего сказать, и это было не так уж важно, значение имело лишь одно: он может больше не считаться с чудесами своего бога. Повелитель только что сам стоял перед ним. Но прежде чем сверхъестественная сила не позволила дать более подробные указания, ему была открыта по крайней мере небольшая часть пророчества, и теперь остается лишь выполнить свою миссию.