- Мистер Агрикола, - затараторил я, - меня зовут Чарли Пул, и я должен поговорить с вами, потому что вы совершаете ужасную ошибку.

Он не шелохнулся. На лице его не было и тени удивления. Он просто сердито смотрел на меня, будто я стоял тут уже несколько часов, и это начинало ему надоедать.

Или он с первой минуты знал, что я здесь. Может, у меня за спиной сейчас стоит человек, ждущий только кивка его массивной головы?

- Мистер Агрикола, - повторил я и быстро повернул собственную голову. Но за спиной никого не было, и я опять взглянул на хозяина. - Мне надо поговорить с вами, мистер Агрикола.

Никакой реакции.

В мозгу у меня зашевелилось подозрение. Жуткое подозрение.

- Мистер Агрикола? - позвал я.

Потом пошел вперед, пересек комнату. Агрикола не следил за мной глазами. Он по-прежнему сердито смотрел на дверь.

По спине у меня побежали мурашки, и холод тут был совсем ни при чем. Я даже начал слегка клацать зубами.

- Мистер... - проговорил я. - Мистер...

Комната была освещена довольно тускло. Даже весьма тускло. Толстые шторы на окнах задерживали почти все солнечные лучи, превращая яркое золото в бледную бронзу, а остатки света, казалось, поглощала тяжелая и громоздкая мебель, составлявшая убранство кабинета. Лишь устремленные на дверь глаза Агриколы грозно поблескивали в полумраке Я обошел стол, приблизился к Агриколе и увидел, что рукоятка ножа, торчавшего у него в спине, зацепилась за спинку кресла, не давая телу упасть. Создавалось впечатление, что Агрикола стоял возле стола, когда его пырнули, после чего он рухнул в кресло и повис на зацепившейся за спинку рукоятке ножа в последнем припадке бессильной ярости.