- А хорошо бы, сват Иван, еще чарочку горилки пропустить, - пьяно проговорил сват Киррил.

- И огурчиком закусить, - поддержал его сват Иван.

Вдруг откуда-то сверху, пробив ночное небо, ударил тонкий луч света, образовав, на искрящемся в лунном сиянии снегу, светящееся пятно размером в добрую сажень. В том пятне появилось некое существо покрытое густой темной шерстью. В одной руке оно держало деревянный ковшичек - аккуратный такой, глотков эдак на пятнадцать, - наполненный до краев прозрачной жидкостью, в другой руке огурец, хоть с виду и неказистый, да видать с хреном и смородиновым листом посоленный. Сват Иван толкнул свата Киррила.

- Кирилка, глянь, кто это? У нас таких в деревне нет.

- Ты про кого говоришь? - пьяно переспросил сват Кирилл. - Про того кто слева или про того кто справа?

- Я про того, который посередине. - пояснил менее пьяный сват Иван. Хотя он тут всего один. - Да нет, - проговорил сват Кирилл.

- Тот, который посередине вообще не человек. Видишь, рога на голове торчат. Это или бык соседский из хлева утек или лешак из леса приплелся.

- Лешак!? - испуганно воскликнул сват Иван. - А может и не лешак. Moжет-черт. Лично мне все равно, - пожал плечами сват Кирилл и шагнув к неизвестному проговорил заплетающимся языком: "Ч-че-р-рот рскрыл, опхмеляй, раз налил".

Сват Иван быстро протрезвевший схватил его за локоть и зашептал на ухо: "Не надо Киря, не надо! Давай уйдем! Не связывайся ты с ним, греха не оберешься. Пойдем, дома выпьем, а его брось". И тянул, тянул свата Кирилла назад.

Но, что русскому мужику, да еще пьяному, в голову втемяшется - то обухом не выбьешь. Сват Кирилл оттолкнул свата Ивана, шагнул к соблазнителю и протянул руку к ковшу. Лишь только пальцы свата Кирилла коснулись ковша, словно искра между ними проскочила, ноги его подкосились и он, постояв немного, рухнул на снег.