Вода уходила в отверстие и выплескивалась через край, разливаясь по всему полу.

— А что, без такого потопа ты не могла принять ванну?

— Я все уберу.

— Ты уверена, что все в порядке?

— Конечно, — подтвердила Анита.

На самом деле не все, конечно. Вода была как кипяток. Просто обжигала.

— Зачем же ты принимаешь такую горячую ванну? — упрекнула дочку госпожа Блум.

— Выйди, пожалуйста, — попросила Анита. — Выйди, а то заору.

Женщина улыбнулась:

— Жду в кровати. Постарайся хотя бы волосы не намочить.

Как только мама закрыла дверь, Анита выскочила из ванны. Кожа покраснела, как вареный рак.

Вытираясь, девочка все пыталась понять, что же произошло. Да нет, конечно, она ошиблась. Просто у нее, как всегда, разыгралось воображение, вот и подумала, будто слышит голос. На самом деле звала ее мама, а ей просто показалось, будто кто-то просит о помощи.

Это все, что произошло. Только и всего.

Постепенно Анита успокоилась, сердце перестало биться как сумасшедшее. Девочка спустила воду из ванны и поискала среди множества разных баночек на полке у зеркала подходящий крем. Нанесла его на покрасневшую кожу, надела пижаму и спокойно, как ни в чем не бывало, почистила зубы, словно это самый обыкновенный вечер, который ничем не отличается от других.

Такой же обыкновенный, как остальные.

Выглянув в коридор, она убедилась, что мама уже в постели: в спальне горел свет. Отлично.

Анита достала вещи Мориса Моро из-под полотенец и пробежала в комнату, где находилась небольшая библиотека. Большая осталась в Лондоне, вместе с папой.

Открыла ящик стола, где лежали школьные тетради, — намеревалась спрятать все там.

Но любопытство все же опять неудержимо завладело ею, и она снова открыла записную книжку.

И к своему огромному удивлению, обнаружила, что узорчатая рамочка пуста — никакой женщины в ней нет.