И тогда он, дипломированный юрист, остепененный политолог и полиглот, краса Конторы при медалях далеко не за один лишь экстерьер, тихо ненавидя себя, как последняя легавая, выл, запершись в клозете.

— Ну что, побеседуем? — Кажется, седой взглянул на часы. — У нас очень мало времени, господин Мбвамба.

— Не нужно, — Доженко уже мог говорить твердо. — Какой я, на фиг, Мбвамба…

— Вот и прекрасно!

Арчи ощутил быстрое прикосновение пальцев, похожих на рельсовые свайки. В ладони осталось нечто маленькое и круглое, напоминающее на ощупь древнюю металлическую монетку.

— Дело сделано! — сказал одноглазый. Маленький, теплый диск лежал в кулаке, и можно было ставить сто к одному, что он не лиловый и даже не фиолетовый, а черный-пречерный, нежно искрящийся изнутри. Контора дотянулась-таки до своего хоть и непослушного, но при том и незаменимого сотрудника, как ни путал он следы, и полноценный отпуск в этом году опять останется мечтой идиота.

Сейчас, вот в этот самый момент, в татуангийском офисе Конторы на экране высветился личный символ сотрудника Доженко А. О., вызываемого по категории «экстра». Сообщение пошло в Центр, а через двое суток, попрыгав от станции к станции, ляжет на стол к одному из заместителей Шефа.

Восхитительная игра в межпланетные прятки закончилась.

— Служу Федерации! — уставным, каркающе-металлическим голосом отрапортовал Арчи, отталкиваясь от подлокотника козетки и вытягивая руки по швам. — Разрешите привести себя в порядок?

— Валяйте, Арчибальд Олегович, — отозвался седой. — Только недолго, прошу вас. У нас есть минут двадцать, а нужно еще и поговорить… — Крепко затянувшись, он пыхнул в потолок. — И, кстати, позвольте представиться: Болгарин. Фамилия такая. — Вторая затяжка. Цепкий взгляд из-под кустистых бровей. — Но можно звать просто Сергеем Борисовичем. Прошу ознакомиться.

Кожаное портмоне, украшенное, как и зажигалка, скрещенными шпагами, а в следующий миг под старшим лейтенантом Доженко подломились ноги, и лишь безукоризненная выучка помогла не рухнуть на задницу. Курьер Центра оказался гражданским. Этого не могло быть. Просто потому, что не могло. Конечно, Контора изредка привлекает штатских к сотрудничеству. Но любого шпака, знающего Песье Слово, инструкция предписывала убирать на месте, не принимая во внимание никакие смягчающие обстоятельства…