— Добрый вечер, господин Доженко, — очень вежливо, с корректным полупоклоном сказал основной пришелец, громоздкий, куда внушительней Григоренки. — Немало наслышан. Рад познакомиться лично.
Замолчал, недвусмысленно ожидая ответа. Не дождавшись, пожал плечами и позволил себе улыбнуться.
— Что ж, и присесть не пригласите?
Зависла пауза.
— Будем понимать так, что молчание — знак согласия? — Улыбка сделалась шире. — А то ведь в ногах правды нет, в моем-то возрасте.
Незваный гость безбожно кокетничал. Безусловно не юноша, он при желании, пожалуй, мог бы пойти на кабана вручную и порвал бы бедную свинку в клочья еще до исхода первого раунда. Только волосы, густо битые сединой, и пронзительный взгляд угольно-черного левого глаза (правый, чуть более светлый, отливал неживым стеклянным блеском) указывали: этот серьезный мужчина давно уже не рвет противников лично, предпочитая отдавать соответствующие распоряжения.
Это был профессионал. Но не коллега. Коллег Арчи чуял за версту.
Армия? Слишком раскован.
Президентская гвардия? Тоже не похоже.
Полиция? Даже не смешно.
Скорее всего понемножку. И ничего конкретно. Странный, короче говоря, субъект. Опасный. Хотя — Арчибальд мог бы поручиться — пахло от гостя, уютно умостившегося в кресле, вполне мирно.
— Сейчас, когда мы с вами наедине… — начал гость. Арчи недоуменно вздернул брови.