К Инне немедленно бросился проводник, умеренно громко выражая свою радость при виде запоздавшей пассажирки. Он доставил Иннин чемодан до ее купе. По пути он вывалил на нее столько комплиментов и любезностей, что Инне даже стало не по себе.

Впрочем, вспомнив про двести долларов, она перестала удивляться.

В купе уже сидел еще один пассажир. Мужчина.

Красивый мужчина. Потрясающе красивый мужчина!

Но и эта превосходная степень не могла отразить красоты Инниного попутчика. Проводник сказал ему что-то по-латышски, и мужчина встал и расцвел в улыбке.

— Очень рад, что вы все-таки успели на поезд, — сказал он Инне.

По-русски он говорил хорошо. Без малейшего акцента. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Ее попутчик, назвавшийся Андреем, был наполовину русским. В Риге он жил, а в Питере у него были какие-то деловые партнеры, которые и приглашали его на встречу Нового года, так сказать — авансом. Он галантно помог Инне пристроить ее огромный чемодан в специально предназначенный для этих целей отсек.

— Вероятно, вам захочется привести себя в порядок? — предположил он. — Я могу выйти. У нас есть туалетная комната, но, боюсь, она недостаточно велика для того, чтобы в ней переодеться с комфортом.

Инна с благодарностью приняла его предложение.

Ее нижнее белье и в самом деле насквозь промокло, и его требовалось срочно сменить. Инне даже почудилось, что от нее дурно пахнет. Поэтому она переоделась, умылась и вполне почувствовала себя человеком. Туалетные комнаты были в каждом купе. Но размер помещения — удручающе мал, хотя внутри все сверкало стерильной чистотой, белым фаянсом и позолотой.

— Про меня вы все знаете. А вот к кому едете вы? — спросил у нее Андрей, когда они расположились за бутылкой шампанского в ресторане. — Вас в Риге ждут родные?