Профессор кожей почувствовал, как натягивается тетива. На этот раз целят в голову - и не промахнутся.

Упасть. Перекатиться. Ещё одна пуля. Ещё один труп.

Нет, унгклеле, конечно, не воины. По сути дела, это ведь даже и не племя. Скорее - нечто среднее между профессией и стратой: потомственные жрецы местночтимого божества. Что-то вроде левитов, если с чем-то сравнивать. Мирные люди, пользующиеся огромным уважением у окрестных племён - как предсказатели будущего, а также как непревзойдённые врачи. Упражняться в военном искусстве им незачем: в случае чего соседи будут иметь дело с драконом...

Да, высадили его чертовски удачно. Через земли такара или мбоо белому человеку не пройти и мили. То есть убийца, может быть, и прошёл бы - но всё же неоправданный риск... - профессор ощутил знакомое гаденькое чувство, нечто среднее между страхом и жалостью к себе, но тут же его подавил. Человеческое, слишком человеческое. Каждый раз приходится напоминать себе: я не человек, я убийца... И всё-таки, положа руку на сердце: насколько же приятнее сидеть в университетской библиотеке! Или хотя бы в "Сарацине", за кружечкой пива. Правда, сейчас в "Сарацине" стало неуютно: студенты совсем потеряли совесть. Однажды они повесили над барной стойкой красный флаг.

Леваки. Он даже пытался читать какие-то их сочинения. Бред. Очевидный бред, насаждаемый большевиками. В сущности, коммунисты не хотят даже мирового господства. Это слишком рационально для них. Они хотят, чтобы все сошли с ума. Безумие - вот их подлинный идеал. Профессор вспомнил свою единственную статью на политическую тему - "Советская риторика с точки зрения науки о языке". Они отказались её печатать в университетском сборнике. Ну разумеется, никому не хочется портить отношения с левацкой кликой. Но всё же, всё же - неужели им не понятно, что, заигрывая с Советами, они сами роют себе могилу?