- Представься, - сказал дракон на неплохом английском. Он говорил довольно быстро, с едва заметным присвистом и пощёлкиванием на конечных согласных.

- Я - Герман Брюмель, убийца - представился профессор. - Я вызываю тебя на Поединок.

Что-то изменилось. Всё та же тропинка, всё та же жирная блестящая зелень, всё тот же воздух - сырой и тяжёлый, как мокрая простыня. Но профессор почувствовал, как между двумя телами что-то натянулось. Невидимая связь, которую можно разорвать только одним способом.

- Брюмель? - заинтересовался дракон. - Где-то я слышал эту фамилию... Ну да теперь это неважно. Прежде чем мы начнём, хотелось бы спросить: зачем тебе понадобилось моё тело? Я старенький, к тому же живу в сыром болоте. Что, в Европе нет других убийц?

- Практически не осталось, - вздохнул профессор.

- А сам ты на что? Дети-то есть? - поинтересовался дракон.

- Ты европеец? - Герману остро захотелось сменить тему.

- Можно сказать и так, - дракон зевнул, показав неожиданно маленькие клычки и розовый раздвоенный язык. - Сейчас мне уже лет четыреста с хвостиком, пожил в разных телах, так что теперь я, наверное, космополит... Это тело, правда, сильно старше меня. Ему, небось, уже веков семь натикало. Драконы живут долго. За это мы их и любим. Но учти: я на пределе. В лучшем случае ты получишь старую, дряблую тушу, в которой и издохнешь лет через сто, как бы не раньше...

- Если бы у меня был выбор, - честно сказал профессор, - меня здесь не было. Но, видишь ли, ты - единственный убийца, которого я смог отыскать. Ничего личного.

- А откуда такая спешка? Тебя что, преследуют? Какая-нибудь организация, готовая положить сотню-другую профессионалов, лишь бы добраться до твоей шкуры? Неприятно, конечно, но можно спрятаться, обзавестись потомством, а дальше сам знаешь...

- Я болен, - помолчав, признался Брюмель. - Это не лечится.

- Убийцы не болеют человеческими болезнями, - отрезал дракон. - Они или живут, или не живут.