Страннее другое: почему мы в конце концов оказались здесь, а не в соседней бильярдной? Должно быть, все дело в личности человека, пригласившего нас на встречу, слишком уж она была нетипичной. Он отловил нас у входа в билетные кассы, куда мы спешили уже чисто по инерции, прекрасно понимая, что простым вращением часовой стрелки не повернуть время вспять. Преградил путь, привлек к себе внимание, сказав: - Нэээ... Он не был похож на агента-распространителя торговой фирмы, участника MLM-тусовки или возбужденного адепта новой русской церкви с иностранным спонсором и гимнами на двух языках. Непричесанный, небритый, неопрятно одетый. Откровенно нерусский. Больше всего, если честно, он был похож на бомжа. В ранней стадии запущенности - не безнадежного. - Хотите открытку? - спросил он и помотал головой. - Нэээ... Календарик. Полезно всегда знать день. - Извините, мы опаздываем, - сказала Маришка. - Знать день, - раздраженно повторил он, и не думая уступать дорогу. - Или месяц. Февраль или... Нэээ... Ноябрь. Чтобы не путать. - Денег нет, - отрезал я. И справедливости ради уточнил: - Лишних. - Денег нет? - эхом отозвался он и неожиданно обрадовался. - Нет денег хорошо! Не надо... Вот! Тип сбросил на землю большой серый мешок, который до того болтался у него на плече. Нагнулся и опустил лицо в раскрытую горловину, высматривая нечто. - Пора! - шепнула Маришка и дернула меня за локоть. Но тип уже вынырнул из мешка. - Возьмите! - сказал он. - Я нашел. Можно брать. И протягивает мне руку. В грязных дрожащих пальцах - прямоугольная бумажная полоска, слава Богу, чистая и очень яркая. Никакого рисунка, просто вся полоска равномерно закрашена разными цветами, границы между которыми размыты, один цвет плавно перетекает в другой. Мы называем такую закраску градиентной. Внутрь каждого одноцветного сегмента вписано какое-то слово, но мелкие буквы на подрагивающем листочке не разглядеть. - Календарик? - удивилась Маришка. - Больше похоже на закладку. - Закладка, так, - серьезно кивнул тип и неуклюже перевернул полоску на ладони.