Молчаливый служитель полил им воды для умывания, затем одетые в сари женщины расставили на столе миски, полные вареного риса и кусков баранины, тушеных с овощами и фруктами. После трапезы гостей отвели в Башню Мудрости, где их встретил Махатма по имени Раджаян, владевший несколькими европейскими языками. Радушный хозяин рассказал им краткую историю Махатм. Много веков тому назад, еще до рождения Гаутамы Сиддартхи, в индийское царство Магадха явились демоны-ракшасы - те, чьими статуями украшены стены Башни Мудрости. Они многому научили людей, но внезапно покинули этот мир. Прошло еще немало лет, и во времена царя Ашоки врата Шамбалы вновь отворились, впустив в потаенную долину дюжину йогов, которые едва не погибли, застигнутые снежным бураном в горах неподалеку от ущелья Макалу. Проход открылся лишь на короткие мгновения, так что выйти обратно они не смогли, и были вынуждены поселиться в Башне Мудрости. Йоги обследовали долину, окруженную кольцом неприступных гор, но не нашли даже следа ракшасов, и поняли, что демоны доверили им охранять Шамбалу. Убедившись, что стали наследниками древних учителей, они посвятили себя постижению тайн волшебной долины. С годами они научились открывать и закрывать врата и время от времени впускали в долину новых людей. Обитатели Шамбалы призывали крестьян и ремесленников для работы по хозяйству, а также тех, кто имел скрытую способность к волшебству. Последние, пройдя обучение, становились Махатмами, что означает на санскрите - Великий Духом. Сохранить тайну не удалось, да и не стремились к этому Махатмы, так что по Земле разошлись легенды о чудесной стране, где живут великие чародеи. Постепенно вокруг Башни Мудрости выросло селение, снабжавшее обитателей долины пищей. Крестьяне трудились в полях и садах, а Махатмы терпеливо и настойчиво изучали наследие духов, наблюдали за жизнью народов, оставшихся по ту сторону магической завесы, скрывающей Шамбалу от взоров людей. Раджаян сказал, что время в Шамбале течет медленнее, чем в остальном мире - для жителей долины миновало не двадцать три столетия, а только четыре.