Банановое печенье, печенье — молочная бутылка, и что хуже всего, два плачущих печенья. Не пускайте ее к Кингам! Ох, пожалуйста, не пускайте ее!

Но она выглядела мило… и она улыбалась… и у нее были папины книжки. Иииии… они пустили ее. Папа подписал книжки, мама предложила ей чаю, Наоми спросила, не хотела бы она посмотреть ее комнату.

Джо спросил, не хочет ли она посмотреть, как он пишет свое имя. Колдунья Хейзл улыбалась и улыбалась. У нее лицо чуть не разорвалось от улыбки.

— Вы были ко мне так добры, что и я хочу вам сделать что-нибудь приятное, — сказала Колдунья Хейзл. — Я испекла четыре печенья. По печенью для каждого из Кингов.

— Печенье, — закричала Наоми. — Ура!

— Печенье, — закричал Джо. — Печенье!

— Это ужасно мило, — соврала мама. — Вам не стоило это делать.

— Но мы рады, что вы сделали, — сказал папа.

Они взяли печенье. Колдунья Хейзл усмехнулась. И когда она была в машине, она визжала и гоготала от смеха. Она смеялась так сильно, что ее кот Баста зашипел и отскочил от нее. Колдунья Хейзл была счастлива, что ее злобный план удался.

— Я возьму это банановое печенье, — сказал папа. Он съел его и произошло что-то ужасное. Его нос превратился в банан, и когда позже в этот ужасный день он спустился к себе в кабинет, чтобы поработать над своей книгой, единственное, что он смог написать было слово «банан».

Это было злое заколдованное банановое печенье Колдуньи Хейзл.

Бедный папочка!

— Я возьму это печенье — молочную бутылку, — сказала мама. — Какое забавное название для печенья.

Она съела его, и злобное печенье превратило ее руки в молочные бутылки.

Какой ужас. Могла ли она приготовить еду своими молочно-бутылочными руками? Могла ли она печатать? Нет! Она даже в носу поковырять не могла.

Бедная мамочка!

— Мы возьмем эти плачущие печенья, — сказали Наоми и Джо. — Какое забавное название для печенья.