— Мистер Фэллон? — У него было угловатое лицо, лишенное всякого выражения, но готовое растянуться в улыбке, если того потребуют обстоятельства, хорошо скроенный костюм, но не новый и, по всей видимости, экипированный на все случаи жизни, а из-за его спины выглядывал тип небольшого роста, с недовольным прищуром глаз.

Я встал.

— Полицейский?

— Лейтенант Траски, городская полиция. — Он протянул мне руку. — Что, заметно? — В его голосе сквозило любопытство. Его рука была жесткой.

— Немного.

— Это мистер Дел Рид, из прокуратуры штата. — Второй мужчина быстро кивнул и вытащил свою папку.

— Я бы хотел поговорить с вами, если у вас есть несколько минут, — сказал он.

— О чем?

— А у вас есть несколько минут? — вежливо переспросил Траски.

— Конечно.

— Тогда поговорим.

За моей спиной блондинка снова вытянула ноги и посмотрела на нас. Дел Рид направился через бар в маленький зал ресторана. Траски шел рядом со мной, и я заметил пистолет, выпирающий из-под его пиджака.

— Как долго вы знаете Такера Стэйси, мистер Фэллон? — Дел Рид решил не тратить ни минуты и сразу перейти к делу.

— С 1942 года, — ответил я. — Мы вместе служили в армии. И были курсантами училища ВВС.

— Вы были вместе в одном подразделении. В 252-й эскадрилье истребителей, насколько я знаю.

— Если вы все знаете, какого черта тогда спрашиваете?

— Послушайте, Фэллон...

— Послушайте, Траски. Хватит играть со мной, переходите к делу. Я не мальчик.

Рид вспыхнул, но лейтенант жестом успокоил его.

— Хорошо, к делу. — Он вытащил папку-скоросшиватель и, держа в руке, стал перелистывать содержимое. Это был автоматический жест свежеиспеченного бюрократа — больше для придания значимости себе, нежели своей работе.

— Вы были демобилизованы вместе и решили сообща затеять одно предприятие...

— Да, опыление урожая, — прервал я. — Однако мы прогорели и расстались.