Шуточки.

— А чем больше будем спать, тем скорее уедем, — сказал я, чтобы тоже внести свою лепту.

Лисоцкий нахмурился.

— Петр Николаевич, — обратился он ко мне. — Попрошу вас быть моим заместителем. Вы человек уже опытный, будете руководить молодежью.

— Шишка на ровном месте, — сказала молодежь Тата.

— Нами нужно руководить, — кокетливо сказала Барабыкина. Ей понравилось, что она тоже молодежь. Но Лисоцкий охладил ее пыл.

— Инна Ивановна будет поваром, — галантно сказал он. — Вручаем наши желудки в ваши руки.

— Никогда! — заявила Барабыкина. — Не умею и не хочу. Я даже мужу бывшему не готовила.

Понятно теперь, почему он от нее сбежал. Все посмотрели на Барабыкину с сожалением. У Лисоцкого упоминание о бывшем муже вызвало легкий стыд. И он постеснялся обременять женщину, перенесшую личную драму, нашими общественными желудками.

— Вера! Надя! — сказал он. — Придется вам.

Девушки покраснели, будто их сватают. Но согласились. Таким образом, наша вера и наша надежда оказались связанными с кухней. А с любовью обстояло много сложнее. Лисоцкий это понимал, поэтому после собрания оставил меня на конфиденциальную беседу. Мы говорили как мужчина с мужчиной.

— Надо что-то делать, — сказал Лисоцкий, глядя мне в глаза. Это чтобы я понимал подтекст.

— С чем? — спросил я, не понимая подтекста.

— Люди крайне молоды, — сказал Лисоцкий. — Природа настраивает на лирический лад. Вы понимаете?

— Нет, — сказал я.

— Не исключена возможность любви, — прямо сказал Лисоцкий.

— А! — сказал я.

— Вы представляете мое положение как руководителя. Проконтролировать всех я не смогу. Они начнут встречаться, ходить за ягодами, может быть, даже целоваться.

— А потом поженятся, — сказал я.

— А если не поженятся?