— Смотрите внимательно.

В своем черном трико Рикки казался расплывающейся чернильной кляксой, мелькающей в воздухе по всей студии: он бил руками и ногами, вращался, толкал, делал ногами ножницы, крутился, махал руками, катался и вскакивал на ноги с ликующими криками: «Хей! А-а!» Затем он остановился, пристально оглядел комнату и сказал:

— Поняли?

Прежде чем Шарон успела сказать что-нибудь саркастическое, Фелис проговорила:

— Пожалуйста, не могли бы мы еще раз посмотреть?

Рикки нахмурился:

— Хорошо. Но теперь будьте внимательны. Я не собираюсь перед целым классом устраивать показательные выступления.

Он ударил ногой с такой свирепостью, что мог бы снести чью-нибудь голову с тела. Он ударил, прыгнул, повернулся, прыгнул, изогнулся, резко повернулся, упал на пол, перекатился и вскочил на ноги.

— О'кей?

Шарон размышляла. «Что за черт, — думала она. — Попытайся. Это не сложнее аэробики».

— Все сконцентрировались, — скомандовал Рикки. — Теперь — раз, два, три. Удар ногой.

Они били ногами, они выгибались, они прыгали. Они вертелись, они толкались и делали ногами ножницы. Шуршание трущихся костюмов наполнило воздух.

Анна-Мари Шоу споткнулась и упала.

Они обошли ее и двинулись дальше.

Они взмахнули руками, резко развернулись, прыгнули, покатились, прыгнули, и — о-па! — Фелис исчезла.

В какой-то момент Шарон подумала, что, очевидно, ее подруга вышла, когда она отвернулась, ну просто выскочила в туалет. Но время прошло, а Фелис не возвращалась.

— Рикки? — спросила Шарон. — Рикки, ты не видел, что случилось с Фелис?