– О да, дорогой, – проворковала Энита. – Видит бог, я тоже ненавижу этих… эти вещи. Если бы мужчины вместо того, чтобы воевать…

Тяжелый удар сорвал наконец дверь с петель, и глазам любовников предстал странного вида дворянин. Расшитый золотом и серебром камзол сидел на нем, как на медведе. В том смысле, что едва ли не трещал по швам. Да и заросшее щетиной по самые скулы лицо гостя не слишком отличалось от звериной морды.

От изумления Эрик забыл про меч.

– Кто вы, сударь? – спросил он. – Я вас не знаю! И по какому праву вы врываетесь сюда?

– Барон Торвальд фон Лабер к вашим услугам. – Дворянин неуклюже поклонился, кося глазом на Эниту, та как бы невзначай приспустила одеяло, обнажив грудь. – Кхм, э-э-э… Прошу меня простить, э-э-э… сударыня, но этот… э-э-э… столичный хлыщ нужен мне по весьма неотложному делу.

– Знаете, барон Торвальд, мне он тоже нужен, – кокетливо улыбнулась Энита.

Ее изящные ножки медленно, но неуклонно выбирались на божий свет. Конечно же опять невзначай. Не сказать, чтобы это очень огорчило Эрика. Но все же иной раз, как вот сейчас, любвеобильность Эниты ставила его в тупик.

– Да-да, барон, он мне очень нужен, – продолжала тем временем Энита, – вы не поверите, но тоже по весьма неотложному делу.

Барон осклабился и, пожирая ее тело взглядом, медленно подошел к кровати, поцеловал руку.

– Сударыня, я весь к вашим услугам. Но сейчас…

Он повернулся к Эрику. Тот стоял уже полностью одетый, а его рука стискивала рукоять меча. Брови нахмурены, глаза полыхают праведным гневом.

– Надеюсь, барон, что сейчас вы изволите все объяснить?!

– Ага. Прямо сейчас.

Барон шагнул к Эрику и, прежде чем тот успел что-либо сделать, саданул его кулаком в лоб. Эрик рухнул как подкошенный.