— О да, вполне представляю, — с сочувствием покачал головой Один.

— Сомневаюсь! Пока сам не забеременеешь, не поймешь! Итак, я съел сердце и забеременел. Естественно, я решил, что рожать, будучи женщиной, гораздо легче.

— О да, весьма разумно!

— Ну, я и превратился в женщину. А потом решил найти кого-нибудь, кто понимает в вынашивании детей чуть больше, чем я…

— И пошел к знахарке. А там-то я тебя и встретил! — догадался Один.

— Точно! Извини, что соврал, но нужно же мне было куда-то деть ребенка! Видеть его больше не могу! — Локи злобно посмотрел на притихший сверток слева от Одина.

— Да, сомневаюсь, что из тебя выйдет хорошая… мать, — Один окинул Локи критическим взглядом. — И, если уж на то пошло, и отец тоже.

— Ага, — самокритично согласился Локи. — У меня напрочь отсутствуют материнские инстинкты.

— Ну, может быть, не напрочь, — ухмыльнулся Один, наконец-то отзывая волков; те беззвучно покинули свой пост и легли у ног аса. — Какие-то зачатки материнского инстинкта, мне кажется, у тебя есть, иначе бы ты не пытался устроить дальнейшую судьбу своего дитятки, не проявлял такую заботливую изобретательность…

Локи покраснел и бросил на Одина осуждающий взгляд:

— Издеваешься?

— Есть немного, — признал тот. — Но согласись, я имею на это полное право, после того, как поиздевался надо мною ты!

Локи молча кивнул, признавая, что одноглазый прав.

— Кстати, раз уж у нас пошел откровенный разговор, как все же тебя зовут? — Спросил Один.

— Локи, — Лофт не видел причин и дальше скрывать свое имя.

— Очень приятно.

Локи внимательно посмотрел на Одина. Кажется, тот на обман не обиделся, или, по крайней мере, виду не подал.

— И что теперь? — настороженно спросил он одноглазого аса.

— О чем ты? — переспросил Один.

— Ну, теперь, когда ты знаешь обо мне всю правду, что ты намерен делать? Выгнать меня из Асгарда пинками под зад?