– Да, я отлично все понимаю, – ответил собеседник, ожидая продолжения.

– Преступность растет и выходит из-под контроля. Наши правоохранительные органы и суды коррумпированы. Полиция не в состоянии выполнять поставленные задачи. ФБР мне не подчиняется, а ЦРУ строго запрещено проводить какие бы то ни было операции на территории США, хотя они и пытаются что-то изменить.

Смит молчал, будучи аналитиком в строгом смысле этого слова. Годы оперативной деятельности остались для него, как, впрочем, и для самого Президента, далеко позади. Оба принимали участие в операциях ЦРВ. Смит – в Европе, Президент – в странах Тихоокеанского региона.

– Я предвижу невероятный беспорядок, если не настоящую гражданскую войну в конце десятилетия.

Смит не стал оспаривать вероятность такого предположения.

– Конечно, я волен приостановить действие Конституции, – продолжал Верховный Главнокомандующий. – Или ввести военное положение...

Он сделал паузу, внимательно глядя на Смита своими голубыми глазами.

– Но есть и третий вариант выхода из создавшегося положения, – проговорил он наконец.

– Какой же? – поинтересовался приглашенный.

– Вы когда-нибудь слышали о КЮРЕ?

– Нет. Что это значит?

Ничего. Я даже не совсем уверен, следует ли вообще давать название тому, что я задумал. Пусть это будет просто спасительное лекарство для смертельно больного мира

– Мне потребуется большой штат сотрудников, – отозвался Смит, пока еще не зная, принять ли ему предложение Президента или отказаться. Он любил свою родину, и, если Президент считает его именно тем человеком, который способен возглавить сверхсекретную организацию, чья деятельность будет направлена на благо страны, он, конечно, должен согласиться.