В свои пятнадцать лет Ричард Суна был занудой и перфекционистом, и ему далеко не сразу пришла в голову мысль, которая моментально осенила бы любого из его ровесников: сказать, что весь третий сектор четырнадцатого яруса уже обшарен, а Рэндалл Дрю — не найден и избавиться таким способом от самого доставучего члена экиипажа — потому что неявка Дрю на корабль наверняка стала бы последней каплей в чаше терпения мастера Хару, и он приказал бы выбросить на причал вещи бортинженера, и объявил бы на бирже о вербовке нового.

Обычно в рейс ходили тридцать пять человек: по десять на вельбот и пять — постоянная команда корабля. Дик был в этой телеге шестым колесом. Зачисленный в экипаж на правах ученика (одна трехтысячная в годовой добыче, семь лет обязательного стажа), он готовился стать пилотом, но, как любой младший матрос на любом корабле, делал и многое другое. «Начальник куда пошлют», так называют это в космическом флоте. В данном случае его послали искать бортинженера, и он был намерен задание выполнить, какие бы отношения у них с бортинженером не сложились. Но так уж вышло, что отношения сложились крайне скверные. И вот сейчас Ричард Суна стоял на смотровой галерее третьего сектора, откуда открывался вид и на висячие сады Самурамати, и на круглый бок Ика-а-Мауи, Рыбы Мауи в серебряной чешуе океана и кисейных плавниках облаков; стоял и думал — почему он, голодный и немытый, уже два часа мечется по коридорам, где пахнет потом и дешевыми духами в поисках человека, который на протяжении полутора лет каждый день достает его глупыми шутками, жестокими розыгрышами и откровенным хамством, в то время как избавиться от него будет даже не просто, а очень просто? Почему он должен, например, заходить в «Лунную стражу», выслушивать насмешки тамошних дзёро — которые куда добродушнее насмешек Дрю, но от этого только более мучительны, в то время как достаточно вызвать кэпа на связь и сказать, что Рэндалла здесь нет.