– Я понятия не имею, что покавзывало телевидение и сообщало радио, поскольку не смотрю первое и не слушаю второе, и получаю всю информацию через компьютер по сети Интернет.

Последняя информация пришла, когда я спал, и поэтому еще не смотрел. А что, начался осенний отстрел министров?

– Вы позволяете себе ерничать на подобные темы? – голос в трубке превратился в жесткий, даже слегка агрессивный.

– В два часа ночи я могу себе позволить что угодно. И если вы позвонили просто, чтобы сообщить мне эту трагическую весть, то должен вам сказать, что информаторы, даже министерского уровня мне не нужны.

– Да, да, я понимаю, – голос в трубке смягчился. – Время позднее, вы, видимо, спали... И тем не менее... Поскольку я в курсе, что вы занимаетесь детективной деятельностью, я хотел бы выяснить, ведете ли вы какие-либо расследования.

Если нет, то у меня есть необходимость, желание и возможность нанять вас на работу с завтрашнего дня.

– С сегодняшнего, – поправил его я. – Никаких расследований сейчас я не веду. Однако вопрос о нашем возможном сотрудничестве я хотел бы поставить днем, в крайнем случае утром, так как ночью я не очень хорошо соображаю и, как вы уже заметили, нахожусь в отвратительном настроении.

– Не могли бы вы заехать ко мне в министерство в 8.00?

Пропуск я вам оставлю на вахте.

– Обычно клиенты сами приходят ко мне, но для министров в осенний период я сделаю исключение. В восемь так в восемь, – и положил трубку.

После разговора я почувствовал какое-то странное облегчение сродни тому, которое возникает у супругов после бурного скандала. Как мало надо человеку, чтобы привести в порядок свою нервную систему – достаточно наорать или нахамить ближнему. С этим радостным открытием я, пожелав доброй ночи Приятелю, бросил свою тушу на кровать (которая при этом издала недовольный скрип), и заснул мертвым сном.