Торис вытаращился на него:

– Что это за разговоры ты ведешь? Наверное, это твоя кровная вражда с Зоном Кляусом отравила твое сердце. Почему бы тебе не перестать жаловаться и не начать действовать? Если хочешь отомстить – отомсти!

Казимир потряс головой и улегся на койку, плотно завернувшись в свое дырявое одеяло.

– Неужели ты не понимаешь? Месть прикончит и меня.

Торис плотно сжал губы и многозначительно откашлялся.

– Может быть, ты все-таки споешь мне одну из “Мор”… ради старой дружбы?

Темноволосый Казимир устало посмотрел на своего младшего товарища:

– Я же сказал тебе, Тор, веселые песни кончились. Остались одни погребальные плачи.

– Тогда спой мне погребальную… пожалуйста, – добавил Торис неожиданно.

Казимир вздохнул, крепко стискивая зубы. Затем он запел довольно высоким и мягким голосом.

И с каждой раной ближе Смерть,Ч тобы жизнь украсть и юности дыханье,И с каждым днем мучительней страданья,И телу и душе их трудно перенестьИ страшно вновь постичь простое Смерти знаньеН о что есть жизнь, как не чреда годовИ Времени безжалостного шрамы?И в зеркало гляжу я на себя,К ак в древний, желтый, сморщенный пергаментВ нем каждая строка мне говоритО горечи и тяжести обидК огда б хотел ты жизнь свою продлить,Б ежав от боли и невзгод, что ранят душу,Т ы ею, как вампир, со Смертью поделись,И будешь вечно жить Рабом ее, что Мраку вечно служитК огда в свой смертный час из жизни уходя,Т ы спросишь сам себя куда девалась Юность?О , не тревожься, друг, она с тобою, здесь,П ока ты дышишь, знай – она к тебе вернуласьП од маской шрамов и рубцов таилась, трепетала,О на внутри, в тебе была, она не исчезала

Слова песни затихли, и Торис открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не смог. В молчании он теребил парусиновое полотно своей продавленной койки и смотрел на Казимира. Тот закутался в свое одеяло, словно мотылек в кокон, и наружу торчала одна его голова. Темные волосы обрамляли его лицо словно мрачный ореол.



5 из 328