У нее перехватило дыхание, она даже не могла крикнуть дварфам, чтобы те бежали.

Даже зная всю силу человека стоящего перед ними, Фендер и Гролло не собирались бежать. Слепая ярость воина-дварфа пренебрегала собственной безопасностью, и когда они увидели, что их дорогая Кэтти-бри привязана к стулу, то ни секунды не задумываясь бросились на Энтрери.

Наполненные необузданной яростью, их атаки шли изо всех сил. Энтрери, наоборот, начал медленно, позволяя себе неспешно войти в ритм сражения. Временами казалось, что он едва мог отразить удар или избежать уловки. Некоторые взмахи топора проходили в дюйме от цели, и близость победы еще больше подгоняла Фендера и Гролло.

Но несмотря на то, что ее друзья яростно атаковали, Кэтти-бри поняла, что у них серьезные проблемы. Движения рук Энтрери были безупречны, когда он перемещал кинжал и саблю из одной защитной позиции в другую. Одновременное движение его ног все время ставило его в выгодное положение во время боя. Это был танец уловок, блоков и ответных выпадов.

Это был танец смерти.

Кэтти-бри уже видела нечто подобное ранее и слышала сплетни о лучшем фехтовальщике всей Долины Ледяного Ветра. Сравнение с Дриззтом До’Урденом было неизбежно; их изящество и движения были похожи, каждая часть их тела работала в полной гармонии.

Но кое-что сильно различало их, они были на различных полюсах морали, которая накладывала едва заметный отпечаток на стиль их боя.

Дроу рейнджер во время сражения был полон изящества, он был полон гармонии, и следовал своему пути справедливости с непревзойденной страстью. Но Энтрери лишь вселял ужас, этот невозмутимый убийца бессердечно устранял любое препятствие на своем пути.

Первоначальная ярость атаки дварфов начала остывать, и Фендер и Гролло удивлялись тому, что пол все еще не окрасился кровью их противника. Но в то время как их атаки начали утихать, Энтрери продолжал свое черное дело. Его лезвия были подобны призракам, на каждый выпад он отвечал двумя и тем заставил дварфов отступать.