- Надо уносить ноги, - судорожно выдавливал он слова. - Та бестия опять вернулась. А верхом на ней еще какой-то монстр. Лесные дикари режут в городке всех подряд.

Старый Рыбак только кивнул и тут же залила костер водой.

- Пока тварь про нас не вспомнила. Все eae мы договаривались.

- Да бросьте вы, - злобно заворчал Талли. - Наверно, Тимми просто увидел, как...

Тут дерево вдруг выпустило громадную шаровую молнию, прародительницу всех молний мира. Ean заполнился ее яростным сиянием, а когда она eiiнула - загудел и затрясся от мощных громовых раскатов. - Мама дорогая! - прошептал Талли. И дал деру не разбирая дороги, ломясь сквозь кусты, словно перепуганный медведь.

Остальные отстали от него не слишком сильно.

Смед бежал крупной рысью. Он прижимал к груди охапку барахла и соображал на бегу. Предусмотрительность Старого Рыбака, похоже, оправдалась. Как сказал старик, они ничего не потеряют, если слиняют отсюда на какое-то время.

Позади сверкнул язык пламени, окрашенный в розоватые тона; в ответ полыхнула голубая вспышка. Потом раздался странный звук, словно мяукала пропащая душа гигантской кошки.

Последнее время Талли все талдычил, что Рыбак слишком много о себе воображает. Но именно Рыбак оказывался рядом в трудную минуту и мог хоть что-то предложить. А Талли потихоньку занял место Смеда. Увиливал от работы, вечно ныл. Вот Тимми совсем не изменился. Все тот же шустрый коротышка с кучей историй на все случаи жизни.

От Рыбака и Тимми куда больше проку, чем от Талли. Рука не поднимется перерезать им глотки. Особенно ежели куш окажется так велик, как считает Талли. Так ли необходимо жмотиться и попусту лить кровь?

Смед присел на корточки возле заранее приготовленного бревна и пристроил свои вещи среди специально оставленных для этого веток. Талли уже плыл прочь от берега, бешено молотя по воде руками.