Мы добыли новых лошадей и накупили всякого походного барахла. Когда мы наконец выбрались из города через Мусорные Врата, орава Костоправа опережала нас на целых семь дней.

Ворон взял с места так, словно собирался настичь их завтра на рассвете.

Глава16

В самом сердце континента, далеко к востоку от Курганья, Весла, Башни Чар, по ту сторону каменистой пустыни, которая называлась Ветреный Край, лежала Равнина Страха, обширная, бесплодная, суровая и причудливая страна.

А в самом сердце Равнины Страха находился голый круг, посреди которого стояло громадное дерево, древ нее как само время. Оно было предком того молодого деревца, что было поставлено стражем в Курганье.

Немногочисленное племя диких, пугливых кочевников, обитавшее на Равнине Страха, прозвало его Праотцем-Деревом и поклонялось ему как богу. Оно и было богом. Или - полубогом. Разницы почти никакой. Но распространить свое могущество за границы строго очерченных пределов оно не могло.

Праотец-Дерево был вне себя. Будь это дерево человеком, оно сейчас вопило бы от ярости. После долгого-долгого молчания оно получило вести от своего отпрыска. Тот сообщал о своих промахах, позволивших трехлапой бестии откопать захороненную голову, и о кровавой потехе, устроенной обезумевшим от жажды убивать Плетеным.

Но не столько нерасторопность сына была причиной бешенства, охватившего Праотца-Дерево, сколько его собственное бессилие перед лицом обстоятельств и страх перед вырвавшимся на свободу чудовищем.

Казалось, тот монстр был повержен навсегда, мир вздохнул спокойно и вернулся к своим повседневным заботам. Но дьявол не упустил подвернувшегося шанса. Теперь он снова бросал вызов. Обретя свободу, нигде не получая отпора, он свирепствовал, словно намеревался уничтожить весь мир, который так люто ненавидел.

Дерево было богом. Мельчайшие, почти незаметные признаки помогали ему прозревать контуры завтрашнего дня. Устремленный в будущее взор Праотца-Дерева провидел опустошенные страны, залитые кровью и охваченные ужасом.