Но особых надежд на быстрый успех в этих пустынных безлюдных землях он не питал. Там не было не только торных дорог, но и даже тропинок. Сама Империя пренебрегла бесполезной и бесплодной пустыней. Наверно, теперь надо будет двигаться медленнее, используя все свое искусство, чтобы не потерять след.

Впрочем, надо ли? Ему было известно, куда они держат путь. Тогда к чему беспокоиться о том, где именно они находятся сейчас? Не проще ли прямиком двинуться к тому месту, которое они не смогут миновать, покидая Ветреный Край? Если поднажать, он будет там одновременно с ними. Или даже раньше.

***

Преодолев три четверти пути через пустыню, он оказался в самой скверной ее части, где путникам приходилось пробираться сквозь нагромождения изъеденных временем безжизненных каменных глыб.

Он устроил привал, поел, а потом лег и стал смотреть, как на небе зажигаются звезды. Обычно он засыпал почти мгновенно, но на этот раз заснуть мешало какое-то смутное беспокойство, почти болезненное ощущение на стыке сознания и подсознания. Не сразу ему удалось понять, в чем тут дело.

Впервые с тех пор, как он попал в Ветреный Край, внутри круга, очерченного его бессознательной, никогда не дремлющей, сверхчувственной восприимчивостью, он был не один. Примерно в миле к востоку от него находилась группа людей.

И еще что-то двигалось в ночи, нечто огромное, опасное и чуждое. Оно летало там, меняя высоту и направление, словно охотилось на неведомую добычу.

Сконцентрировав силу разума, он осторожно потянулся мыслью на восток.

Это они! Те, за кем он так долго гнался! Насторожены и встревожены чем-то, как и он сам, будто ждут чего-то, что вскоре должно произойти.

Он начал быстро сворачивать свой крохотный лагерь, все время бормоча себе под нос ругательства, проклиная свои физические немощи, ломоту в костях, все те недуги, с которыми он давно стал неразлучным. Его разум продолжал прощупывать ночь, чтобы знать, где находится летающая тварь, продолжавшая свою охоту.