Даже сила духа Ворона была на пределе. И мне почудился намек на это, когда он нехотя сказал:

- Опять начинаем отставать от Костоправа. Ему не приходится остерегаться так, как нам. Мы должны найти способ двигаться быстрее. Иначе придется гнаться за ним на край света, но и там мы его не догоним.

Вот черт. Не для меня он это говорил, для себя. Пытался снова возбудить в себе тот энтузиазм, который подрастерял в дороге. Никакой возможности взвинчивать темп дальше у нас просто не было. Разве только окончательно наплевать на всякую осторожность, на опасности, грозящие путнику в незнакомом краю.

Но исступленность, с которой мы упорно пробивались вперед, и без того медленно нас убивала. Куда уж дальше.

Я мельком увидел на севере какой-то отсвет.

- Смотри, - сказал я. - Вон там. Ты видел? Я уже говорил тебе недавно. Молния на ясном небе.

- Может, там гроза, - отмахнулся он.

- Да протри ты свои глаза. Какая, к черту, гроза?

Последовало еще несколько вспышек, неярких и неотчетливых, будто зарницы откуда-то из-за горизонта. При грозе такие вспышки обычно освещают верхушки облаков. - Там нет ни облачка, - сказал Ворон. - Мы здесь несколько недель не видели никаких облаков. И, держу пари, так ни одного и не увидим, пока не пересечем эту степь. - Вдали мелькнула еще вспышка. Ворон как-то странно передернулся. - Не нравится мне все это, Кейс. Совсем не нравится.

- Что-то явилось? Что с тобой?

- Не знаю. Не могу сказать точно. Сводит скулы, и звон в ушах. То же мерзкое ощущение, что было у меня в Весле. Оно и погнало меня в путь.

- Считаешь, там какая-то тварь из Курганья?

- Все возможно. - Он пожал плечами. - Но не думаю. Не вижу смысла. Если это тот, о котором я сначала подумал, то у него своих дел по горло. Сперва подмять под себя Империю, потом найти управу на тех немногих Взятых, что еще разгуливают на свободе.