– Цель вашего визита? – грозно проревела мозаика над проемом.

Тон вопроса предполагал, что при любом неудовлетворительном ответе меня превратят в облачко разогретого пара. И поделом, поскольку шляться у дверей этой фирмы могут только либо ее сотрудники, либо злобные иномиряне. Ну а если попадется какой-то экспортер кокосов – бывает, не повезло.

– Курсант Мракович к полковнику Корину, – проблеял я, от души надеясь, что интелктроника не сочтет дрожь в моем голосе характерным для иномирцев признаком.

Мерцающая завеса исчезла.

– Проходите, – голос остался таким же резким и неприятным, но, по крайней мере, стал на полтона тише.

Я осторожно ступил на сверкающий пол.

– Повернитесь лицом к стене. Смотрите перед собой. Протяните руку в отверстие.

Анализ сетчатки и ДНК. Проверяют, или я в самом деле Вуко Мракович, гражданин Федерации 21 года от роду, или нежить какая, как говорила моя покойная чешская бабушка, никогда не слышавшая про иномирян.

– Следуйте за красным сигналом.

– За каким еще красным сигналом? – поинтересовался я, отворачиваясь от стены, и уставился на красный огонек, висевший в воздухе прямо перед моим лицом.

– Следуйте за красным сигналом. Любое отклонение от маршрута считается нарушением.

Ага. Шаг в сторону – побег, прыжок на месте – провокация. Это уже мой русский дедушка.

– Вы всех так встречаете или только меня? – напоследок поинтересовался я, двинувшись за огоньком.

– Всех посторонних, пытающихся пройти через служебный вход, – сообщил голос, так и оставив меня в недоумении – то ли я говорил с возомнившим о себе инком, то ли с садюгой-охранником.

Огонек довел меня до двери с надписью: «Зам. нач. второго экспортного отдела» – и растворился в воздухе. Я поискал какой-нибудь замок и, ничего не найдя, тихо кашлянул.

– Входите, курсант, – донеслось из-за двери.

Бар Корин, второй сын шелдонского герцога средней захудалости, был обречен на положение изгоя, поскольку не проявил вообще никаких способностей к магии, не говоря уж о соответствии герцогскому титулу.