— Зато память отшибло.
Луи не понимает.
— А что забыл?
— Все. И год, и месяц, и день. Помоги вспомнить.
— Серьезно?
— Вполне серьезно. Подскажи.
— Год шестьдесят первый. Четырнадцатое июля. Пятница. Неужели забыл?
— Смешно, правда? Даже имя забыл. Только сейчас и вспомнил. Я Жорж Ано, а он, — я указываю на Мартина, — Дональд Мартин или просто Дон.
— А мы — Луи Ренье и Пит Селби. Кончаем политехничку.
Все время молчавший Пит кивком подтверждает слова товарища.
— Ты немой? — шучу я.
— Все здесь так думают. Просто болтовни не люблю. А вы неплохие ребята. Даже расставаться жаль.
— Почему расставаться?
— В воскресенье уезжаем, — поясняет Луи. — На «Гекльберри Финне». В Городе к выборам работа найдется.
Я не успел спросить, что за выборы, как Луи продолжил:
— Разыщите нас — поможем. Найти легче легкого. Американский сектор, Сэнд-стрит, общежитие политехнички. А сейчас к мешкам: Фляшон уже машет руками.
Передышка окончена. Снова мешки тяжело пригибают к земле, ломит плечи, трудно дышать. Часа два, может, еще выдержим, но больше не вытянем. Фляшон сам отправляет нас восвояси: «На сегодня хватит, иначе завтра не встанете». И платит каждому по три франка. Мартин угрюмо молчит, а мне даже весело: на целый франк в первый же день Пита и Луи переплюнули.
Вечером расплачиваемся с Вильсоном, мгновенно подобревшим и расплывшимся в улыбке. Даже лысина его, кажется, сияет ярче. Нас заботливо приглашают к столу и вместо холодных котлет подают жаркое из свиной тушенки с бобами. «По заказчикам и заказ», — повторяет хозяин. Но мне и такого изобилия мало: надо восстанавливать силы, и я тут же заказываю еще одну порцию жаркого и пива.
— Жаль только, что Луи и Пит уезжают, — говорю я. — Теряем надежный источник информации.
— И надежных друзей, — добавляет Мартин.
Ресторация постепенно заполняется, вскоре все столы уже заняты. Портовики и матросы в тельняшках, усатые парни в соломенных, как и у нас, сомбреро, фермеры в грязных широкополых шляпах, женщины с белыми от густой пудры лицами. Из соседней комнаты доносится стук бильярдных шаров, чей-то смех и возгласы: «Пять», «Десять», «Плюс десять», «Отвечаю». Похоже, там идет игра.