Всадники остановились, пропуская своего вожака. В кожаной рубахе с золотыми бляхами, подпоясанный кривой саблей, тысячник спрыгнул с седла. Даже по меркам своего племени красотой он не блистал, а уж по мнению Сельтейры – вылитая обезьяна. Тысячник кочевников хаувов, склонился над лежащей демоншей. Рука с кривыми и грязными ногтями рванула плащ Акеретани. Как и все, он застыл пораженный совершенством открывшегося тела.

– Хороша, – прицокнул он. – Прекрасный подарок кагану. Он вознаградит меня. Может даже сделает барутчи.

Узкие маслянистые глаза уставились на Сельтейру.

– А тебя я возьму сам.

– Попробуй, хаукен! – обругала кочевника Сельтейра, скидывая верхнюю рубашку. Татуировка, дракон, обвивающий левую руку, заставила кочевников вздрогнуть. Они знали такие татуировки. Многие могли похвастаться шрамами которые оставили мечи в руке с драконом. Еще больше могли назвать родича или побратима, которого сразила рука с драконом.

– Драконица, – скорее выплюнул, чем сказал тысячник. – Убить ее!

– Стойте! – крикнул молодой воин. – Великий ган, позволь сказать.

– Говори, – разрешил тысячник, жестом удержав, готовых спустить тетиву лучников.

– Скоро каган устраивает день Щеорта. Два подарка от гана, ему понравятся больше, чем один.

Тысячник задумался. На день Щеорта устраивают бои меж пленными. Если в них будет участвовать дракон? Кагану понравиться.

– За непослушание ты получишь двадцать палок, – сказал ган воину. Рука тысячника отстегнула золотую фигурку оленя с пояса. – Это награда, за совет.

Отвернувшись от поклонившегося воина, тысячник вновь направил свой взгляд на тело Темной эльфийки. Но на этот раз в нем не было похоти, так смотрят на врага, с которым предстоит сразиться.

– Я не хочу дарить кагану девку, а не воина. Кто желает испытать ее? До смерти.

В желающих недостатка не было. Тысячник выбрал Хайцара, молодого, но уже опытного воина. К ногам драконицы полетел короткий изогнутый меч.