Парень молчал. А ведь он знал, что удар, убивший его отца, нанес не я. Но так охота видеть пред собой источник всех своих несчастий! И одним ударом избавиться от него! Только я вряд ли ему позволю этот удар.

– Я поклялся Творцом убить Валиала, одного из пятерки. Что вздрогнул? Увидел печать клятвы? И мы шли за ним. Признайся, вам ведь подсказали где я, кто со мной…

– Нас наставлял Свет, – чуть слышно прошептал Найен.

– О-о, уже прогресс. Только ты уверен, что-то был Свет?

– Он исцелил всех в крепости и окрестных деревнях в одно мгновение.

В голосе парня непоколебимая уверенность. Он сам это видел. Эх, Рафаил, Рафаил. Как тебя угораздило связаться с Валиалом? Милосердие подвело? Вспомнил брата Вениамина? Но вслух я сказал другое:

– Валиал приносил в жертву сотни детей. Или ты думаешь, что этого не хватить на мелкое исцеление?

Найен молчал. Сила вас всех подери! Мне так нужен союзник в стане Гавриила. Благо Иллиал служит Михаилу. Теперь надо бы добыть паладина.

– Давай договоримся, – предложил я сделку Найену. – Я помогаю эльфам, а потом занимаюсь Валиалом. Отправляю эту сволочь в ад, и даю тебе поединок. Честный, в круге без магии.

Я ждал ответа. Ждала его и Альтаирра, притворяющаяся спящей. Неужели сын Тьмы сказал такое? Все же прав был отец, говорящий, что ненареченный идет по нитке Равновесия.

– С одним условием, – паладин посмотрел на меня, не в силах взглянуть в глаза. – За головой Валиала я иду с тобой.

Та-а-ак. И как это понимать? Если так улыбается фортуна, то ей не помешает хороший пластический хирург.

VII.

– Во мы и у замка Ратара.

Иллиал, с интересом, поглядел на едва различимые вдали коридора ворота. Запертые ворота.

– Дык че они заперты? – удивился Тарн. – Не война ж вроде…