Эльф тяжело вздохнул и, все еще не желая верить, снова осторожно лизнул кончики пальцев: прилипший пепел оказался горьким и немного солоноватым. Однако у него был еще один странноватый привкус — слабый из-за прошедшего времени, едва уловимый, но все же до отвращения знакомый, от которого его второе сердце нехорошо дрогнуло и предупреждающе заныло.

— Что, знакомая картинка? — неожиданно усмехнулся Элиар, с каким-то необъяснимым сарказмом изучая неподвижное лицо потрясенного внезапной догадкой сородича.

Таррэн потеряно опустил голову.

— Когда-то здесь погиб эльф, — глухо уронил он, заставив Стража заметно вздрогнуть. — Темный. Давно.

— Неужели?

— Да. Только наша магия способна оставить такой четкий след. И только она могла уничтожить вашу Сторожу за какие-то пару минут. Я чувствую это, знаю. Я… словно слышу его крик. Он умер здесь, внутри, оттого-то пламя и бушевало вокруг, не сумев выбраться за пределы стен. Думаю, это случилось в подвалах, но я не уверен: времени прошло слишком много. Знаю только, что перед смертью он успел проклясть это место и выпустить наружу всю силу, которой владел. Так не зря люди до сих сторонятся этого места… оно, ты прав, действительно проклято.

Таррэн на мгновение вскинул полные тревоги глаза, на секунду встретился взглядом со странно поджавшим губы Стражем и тихо добавил:

— Это был Огонь Жизни.

— Хочешь сказать, здесь убили эльфа, да еще… мага?! — неверяще переспросил рыжий, хорошо помнивший, КТО из Перворожденных владел силой: наследники Изиара, правящая династия, древние корни которой восходили к самому Проклятому Владыке.

Таррэн снова кивнул, все еще не смея поверить, отчаянно не желая понимать, как и почему здесь случилось подобное. Но, вместе с тем, он уже знал, что не ошибся. Знал, что мудрое сердце тоже почувствовало правду. Знал, что внезапно лишился кровного брата, потому что у Темного Владыки всегда было два сына… только два. И один из них, судя по всему, больше никогда не вернется домой.