– А что я нашла! – гордо провозвестила из кустов Гита. Ее карие глаза сияли.

– Покеж?!

– Вот!

– Меч? Ничего себе!

– Да ты прицени какой! – Зашуршала трава – это Гита, надув от натуги щеки, выволакивала из кустов настоящий полуторник. Преувеличенно массивное яблоко меча было облеплено зелеными гранатами разной величины и формы. Лезвие меча – чистое, незазубренное, неоскверненное – дало на солнце ослепительный блик.

– Ухтышка! – всплеснула руками Мелика. – И где он был?

– Да тут, в траве лежал. Эти балбесы его не заметили.

– А он… а он чей?

– Теперь – наш!

– Наш?

– А чей же еще?!

– И что мы с ним сделаем?

– Зароем где-нибудь, – решила Гита, к чему-то мысленно примеряясь. – Возле Тухлой Балки, на нашем месте. Там никто не найдет.

– А потом?

– А потом продадим! Деньги поделим, – Гита сделала паузу и пояснила: – Поделим поровну.

– А сейчас куда его девать? Он же тяжеленный! А нам еще Тюльпан искать… И надо бы пошевеливаться. А то как стемнеет, у-у, – Мелика угрюмо поежилась. – Сроду не была трусихой, но… понимаешь… мне тут иногда кажется, что меня кто-то сзади того… По шее пером щекочет…

– А давай его просто в землю воткнем! – предложила Гита, страхи Мелики показались ей ерундовыми.

– Ты что! Ты что! Мне папа говорил, этого нельзя делать ни в коем случае! – запротестовала Мелика.

– ???

– Потому что мечу это не нравится – торчать в земле!

– Подумаешь, не нравится! – Гита артистично закатила глаза. – В трупе ему, значит, нравится торчать. А в земле – нет, не нравится!

Гранатовое яблоко меча ответило словам Гиты приглушенным изумрудным сиянием, но ни одна из девочек этого тревожного обстоятельства не заметила. Обе были увлечены спором.