- Это не то слово, Борис Николаевич, - ответил Второв. - Я мечтаю попасть в число членов экспедиции.

- Эта мечта может осуществиться. За вас ручается профессор Баландин. Это не мало! Но, кроме знаний и желания, требуется еще и безукоризненное здоровье. Вы мастер спорта? Какого именно?

- Альпинизм.

- Это нам подходит. Окончательное решение будет вынесено начальником экспедиции - академиком Белопольским, но я не думаю, чтобы он стал возражать. Для этого, мне кажется, нет причин.

- Спасибо, Борис Николаевич! - горячо сказал Второв.

- Благодарить еще рано. Вы комсомолец?

- Недавно принят в кандидаты партии.

- Вы очень молоды. - Мельников внимательно всматривался в черты лица Второва. - Boceмь лет тому назад я был таким же, как вы, и стремился в первый для меня космический рейс, и тоже в качестве кинооператора. Не правда ли, в нашей судьбе есть что-то общее? Но вы имеете передо мной преимущество. Вы инженер, а я был простым журналистом. Вам не жалко превратиться из инженера в фотографа?

- Быть кинооператором на звездолете гораздо почетнее, чем инженером на Земле.

Мельников засмеялся.

- Я вижу, вы энтузиаст, - сказал он. - Это хорошо. В нашем деле без энтузиазма трудно переносить долгую разлуку с Землей. - Он вынул из кармана письмо и заглянул в него. - Итак, Геннадий Андреевич, будем считать, что все в порядке. Расскажите о себе. Как заместитель начальника экспедиции, я должен знать все о членах экипажа.

- А что вас интересует?

- Все! Вся ваша жизнь с момента рождения.

- Моя жизнь очень проста... - нерешительно начал Второв.

- Это не имеет значения, - перебил Мельников, - рассказывайте!

Он улыбнулся, желая подбодрить собеседника. Эта открытая улыбка странно не соответствовала строгому выражению необычайно спокойных глаз.

"Какие удивительные у него глаза", - подумал Второв.