— Ну и как, есть между вами какие-нибудь трения?

— Нет, мы сразу поладили.

— Ну и замечательно. Тебе дали другую роль?

— Нет, я играю пожилую даму. Они загримируют меня для спектакля.

— И ты не возражаешь?

— Нет.

Казалось, Рутгер выискивает, к чему бы придраться, но ничего не может найти. В конце концов он поблагодарил ее за визит с улыбкой, в которой все еще сквозило подозрение.

— Ну что же, ты свободна. Когда понадоблюсь тебе — заходи. Старайся держать меня в курсе.

Труппа собиралась на репетиции каждую пятницу, на час позже, чем начинались занятия с оркестром. Летиция договорилась, чтобы музыкальную программу сбросили на ее домашнюю клавиатуру. После пробного чтения и получасового собеседования она получила разрешение участвовать в репетициях от консультанта драмкружка мисс Дарси, старой девы, НГ, которую она довольно редко видела в школе. Мисс Дарси выглядела старомодной, особенно когда обращалась ко всем ученикам «мисс» и «мистер», но при этом прекрасно разбиралась в драме и в сценическом искусстве.

Во время читки Рина оставалась с Летицией и в конце сказала, что та появилась весьма кстати — идея дать роль старушки Рику Файетту была не очень-то удачной. Сам Файетт тоже был рад избавиться от этой роли, потому что одну роль ему уже дали и он боялся, что не справится сразу с двумя персонажами.

Уже во время второй репетиции Файетт, оценив по достоинству игру Летиции, представил ее сказочно прекрасному, большеглазому и стройному Фрэнку Лероксу, еще одному члену труппы. Файетт объяснил: Лерокс слишком застенчив, чтобы выходить на сцену, но он будет гримировать их.

Когда Лерокс стал к ней приглядываться, Петиция занервничала.

— Да, у тебя есть свое лицо, — сказал он мягко. — Можно я его потрогаю, чтобы лучше уяснить контуры?

Летиция не смогла не рассмеяться, но тут же смолкла, устыдившись своей глупости.