Время! Либо хватай дрона и делай ноги, либо делай ноги и ни чего не хватай. Выбор не велик. Алекс огляделся. Двое на сопке всё так же торчали к нему спиной, а третий и вовсе скрылся в камнях. «Ти чьорт…, - мысленно прошептал Алекс. — Об этом я дико пожалею…».

Он тронул пальцем кристалл дрона и тот замер на долю секунды. Затем резко усилилась пульсация индикаторных вспышек, и что-то дернулось внутри несущего корпуса. Писк усилился, перешел в шипение, шипение сложилось в еле уловимый голос:

— Человек, спаси…

От неожиданности Алекс дёрнул рукой и сбил банку на пол. Шипя, квас полился на ковер. Мгновенно вспотели руки, а ноги судорожно дёрнулись, изображая прыжок.

— Ма… я… кто? — язык отказывался повиноваться, а руки в сенсорных перчатках лихорадочно крутили псевдо-джойстики, давая противоречивые команды управления, так, что, в конце концов, его дрон возмутился целым потоком предупреждающих сигналов, смысл которых сводился к требованию — объяснить, что же ему нужно, чёрт его дери. Что за шутки такие!!?

— Человек, спаси…

Голос перешел в шум, затем в попискивание. Алекс, замерший в неудобной позе, протянул манипулятор к кристаллу дрона и, в нерешительности остановился, растопырив трёхпалую клешню. И тут его слух резанул вопль:

— Вот он, гад! Держи его! Алекс обернулся. Всё, спёкся. До-вы-пендривался…

Сбоку, снизу от моря, отшвыривая крабов, металлически лязгая, несся к нему охранник, а сверху, сыпля камнями, с воплями валились наблюдатели. Четвёртый(!), не замеченный им, и видимо, поднявший тревогу, набегал вдоль каменной осыпи с юга.

У Алекса в голове, что-то словно бы щелкнуло — звуки отступили, поле зрения сузилось, и в нём остался только изуродованный дронов остов, сам кристалл дрона, с медленными вспышками светодиодов и далёкое Солнце, неярко сияющее сквозь тучи над застывшим волнистым морем.