– О, ты мне как раз и нужен, – произнес командир, указывая на стул напротив себя, – присаживайся.
Полундра молча сел напротив и приготовился слушать.
– Я вот думаю, брать нам с собой лоцмана, когда будем проходить из океана в Аденский пролив? Судя по карте, здесь довольно несложный для прохождения участок. В общем-то, и тальвег четко прослеживается, да и никаких иных препятствий не наблюдается. Однако, как говорится, меня терзают смутные сомнения. И еще: как нам лучше продемонстрировать салагам боевой дайвинг? Что думаешь, старлей?
Полундра сосредоточился.
– Насчет лоцмана я пока ничего сказать не могу, – кашлянул он, – думаю, это решится позже. У нас ведь есть еще время, пока мы подойдем к проливу. А вот что касается дайвинга, так предоставьте это дело мне. Впервой, что ли, курсантов натаскивать? Я уж им все покажу, век помнить будут.
– Вот об этом я с тобой как раз хотел поговорить, – кивнул кавторанг.
Глава 2
Вертолет с эмблемой миротворческих сил рассекал воздушное пространство над акваторией Индийского океана. Под ним расстилались толщи воды, омывающие восточное побережье африканского континента. Вокруг царила роскошная тропическая ночь. Вертолет держал курс к береговой линии, принадлежащей республике Сомали. Надписи на борту железной стрекозы свидетельствовали о том, что машина была произведена в Германии и принадлежала немецкому контингенту миротворческих сил в Сомали. Данный тип военного вертолета являл собой пример максимально удобного и приспособленного для работы в лесистой местности, и в частности в джунглях. Он обладал достаточной легкостью и в то же время удивительной мощностью и высокой грузоподъемностью. Машины такого типа использовались вооруженными силами Соединенных Штатов во времена вьетнамской войны и во многих других «горячих точках».
Пилот, сидевший за штурвалом, вглядывался в открывающиеся ему пейзажи. Ночь вынуждала быть особенно сосредоточенным и собранным. Рядом с пилотом сидел офицер.