Молдер отвернулся от сцены:

— По телефону вы сказали, что люди подозревают, будто этим занимаются сата-нисты.

— Да, это распространенное мнение. — Уайт развела руками. — Я бы даже сказала, очень распространенное.

Она принимала явно выверенные позы — чтобы подчеркнуть стройность фигуры. И юбка была коротка по той же самой причине…

Скалли поморщилась. Подумаешь, наградил господь узкой талией!..

— И на чем же это мнение основано? — спросила Скалли, внимательно следя, чтобы раздражение не проникло в голос.

Уайт вновь повернулась к ней:

— На различных свидетельствах о существовании в городе последователей сатанинского культа.

К микрофону подошел один из школьников:

— Я хорошо помню, как мы с Бумом ходили в детский сад, как пришли в школу. Он был мне как брат…

Уайт посмотрела на сцену, губы ее дрогнули.

— И у вас имеются вещественные доказательства о проведении сатанинских ритуалов? — спросила Скалли настойчиво.

— Нет, — глухо сказала Уайт и опустила голову. — У нас имеются только жертвы. Но, поверьте, для нас и этого немало.

— Я понимаю, — Скалли помолчала ровно столько, чтобы выразить молчанием соболезнование. И продолжила: — Однако ничего конкретного, что бы показывало на связь этих смертей с сатанистами, у вас нет. Так?

Молдер, внимательно рассматривавший козлиные морды на спинах подростков, повернулся к смазливой детективше:

— Если вы вдруг заметили нотки скептицизма и недоверия в голосе агента Скалли, то это только потому, что она давно собрала неопровержимые доказательства, напрочь развенчивающие версию увлечения сатанис-тов ритуальными убийствами.