— Я бы не сказал. Ты подменяешь греческий корень латинским. Так что, скорее, ты имеешь в виду «афродитологни».

Она вновь рассмеялась:

— Что я имею в виду и должна немедленно Вам объявить, дабы избежать дальнейших пререканий, так это то, что «с точки зрения палеонтологии» звучит куда лучше. Так или иначе, но я заявляю, что триопты обитают на темной стороне уже около двадцати — пятидесяти тысяч земных лет, а может быть, и меньше, ведь мы мало что знаем о скорости эволюции на Венере. Если здесь она течет быстрее, чем на Земле, то триопты вполне могли приспособиться и за пять тысяч лет.

— Я сам видел, как студенты одного колледжа приспособились к ночному образу жизни всего за один семестр, — усмехнулся Хэммонд.

Она пропустила его замечание мимо ушей.

— …И следовательно, — продолжала она, — я настаиваю на том, что здесь должна была существовать жизнь еще до того, как сюда пришел триоп, поскольку, для того чтобы выжить, он должен был найти здесь хоть какое-то пропитание. Поскольку мои исследования показали, что он отчасти плотояден, здесь должна была существовать не просто жизнь, а жизнь животная.

— Но ты не знаешь конкретно, какая животная жизнь здесь может существовать. А вдруг разумная?

— Не знаю. Может быть. Но несмотря на то, что вы, янки, преклоняетесь перед интеллектом, с точки зрения биологии он не имеет большого значения, не слишком увеличивая шансы на выживание вида.

— Что-о? Как ты можешь так говорить, Пэт? Что еще, кроме разума, сделало человека властелином на Земле, да и на Венере, кстати, тоже?!

— Властелином? Но так ли это? Послушай, Хэм, вот что я понимаю под разумом. Возьмем, к примеру, гориллу и черепаху.