- Сами мы себя выдумали или кто-то выдумал нас, вот в чем вопрос... ставя хрустальный стаканчик, пробормотал Эль Шорр. - Кому-то когда-то реклама внушила, что истинный джент всем напиткам должен предпочитать шотландское виски, и надо же! Мы подчиняемся ритуалу, как нечк окрику. Ладно, все это пустое. Покажи-ка мне свою "жужжалку".
Пушистые, как у матери, ресницы Ива недоуменно дрогнули. Помедлив, он расстегнул нагрудный карман и достал оттуда похожий на старинную пулю цилиндрик. Заостренный конец цилиндрика тлел рубиновым огоньком. Эль Шорр нажал на торец, огонек погас. Косясь на скрытый в столе детектор, прислушался; его лицо, которое льстецы называли львиным, подобралось.
- Все в порядке, - сказал он отрывисто. - Они вполне могли всадить в аппарат еще и записывающее устройство.
- Они... Кто они?
- Стражи порядка. А может, не стражи, любителей хватает.
- Отец, что произошло? Ты говоришь такими загадками...
- Эх, мальчик, это разве загадки! Рутина, обыденность, фон. Налей-ка еще. Ну за что теперь выпьем? За успех, разумеется, за успех!
- За успех войны?
- И за это тоже. За наш успех! За нашу с тобой победу!
- Прости, я что-то не совсем...
- Скажи "я ничего не понимаю", так будет точнее и откровенней. Что ж, пора тебе показать мир без иллюзий.
Казалось, Ив хотел что-то возразить, но набрякшие веки отца приподнялись, и с колыбели привычный, такой любящий и осязаемо-тяжелый взгляд прижал его к сиденью.
- Если ты знаешь слова команды и звездную навигацию, то это еще не значит, что ты знаешь жизнь. Я не торопился знакомить тебя с ее изнанкой, но время, время! Время и обстоятельства. Ты гордишься и своим мундиром, и своей принадлежностью к роду первопатрициев. Но ответь мне, кто они такие?
- Потомки отцов-основателей, - выпалил Ив. - Элита человечества, которая не захотела терпеть разнузданную толпу и создала здесь общество избранных.
- Великолепно! Твой ответ патриотичен, прекрасен и глуп. А первая заповедь сильного - никакого самообмана! Тебе пора знать, что наши предки бежали с Земли, как бегут от землетрясения, от гнева божьего, от чумы.