Генерал Владек прищурился.

— А-а-а-а… так это не просто эпидемия, — с удовлетворением в голосе тихо сказал он. — Это биологическая война! Вы слишком трусливы, чтобы воевать как честные люди, и поэтому прибегли…

— Но наши страны не находятся в состоянии войны, — перебил его Морз. — Вы напали на нас как бандиты. Вы сами себе установили правила для агрессии, а мы в ответ установили свои собственные правила обороны. Если вы сейчас капитулируете, то мы, скорее всего, еще сможем вас спасти. Подумайте об этом.

Генерал Владек заскрипел зубами. Он буквально дрожал от едва сдерживаемого бешенства.

— Скажи мне правду, — хрипло приказал он, — и я тебя только расстреляю. Я пойду на это! Только расстреляю! Но если нет…

— Генерал, по-моему, вы не в себе, — снова перебил его Морз. — Если мне не изменяет память, то смерть наступает на третий день после заражения, обычно через несколько часов после появления первых симптомов болезни. Пенициллин, сульфомицин и другие антибиотики не помогают — против этого микроорганизма они бессильны. Мне также помнится, что больной заразен практически сразу же после того, как заразился сам. Я думаю, что вы преуменьшили свои потери. Более того, в эпидемиях подобного рода смертность возрастает в геометрической прогрессии до тех пор, пока сокращение численности населения не начнет ее снижать. Вы изолировали ваших людей от контакта с местным населением?

Лицо генерала Владека побагровело.

— С самого начала эпидемии я подозревал, что здесь дело нечисто! А так как жертвами болезни становились только солдаты, то наши медики решили, что всему виной продовольствие, поступающее из нашей собственной страны. И я отдал приказ войскам питаться за счет местного населения, а наши запасы раздать кантолийцам. Пусть пострадают и они! Это была бы достойная месть за коварство ваших шпионов! Но это не помогло! Буквально на следующий день число заболевших утроилось! А ваши граждане болеть и не собирались! Умирали только мои солдаты! Только они!