Ожидание затянулось. В вагончике часы с пивными бутылками прозвонили шесть. Наступил вечер. Одна за другой стали зажигаться звезды. В воздухе почему-то запахло орхидеями, а сваи все не везли.

Вскоре стемнело совсем. Мариваль допил бутылку кефира и бросил ее в котлован. Бутылка упала в жидкую грязь и с громким хлюпаньем погрузилась. Вентимилья вытер засаленные руки о штаны Эль-Куизо, поправил свое дырявое сомбреро, прилег и тут же засопел. Эль-Куизо уже давно спал, позабыв о "Ркацители". Вскоре отрубился и Мариваль. Не спал лишь Ламбино. Гордый прораб Ламбино де Юмикор.

Он вдруг встал, и дома обступили его, и звезды отодвинулись. Он стоял на дне огромного бетонного колодца, широко расставив ноги, а где-то вверху, в маленьком кружочке, там, где кончался колодец, мерцали звезды. И ему вдруг стало наплевать, привезут ли сегодня сваи. И вообще наплевать на все сваи на свете, и на краны, и на машины, и на бетономешалки.

Он вырос и стал огромным. Таким, что смог дотянуться до звезды. Она лежала у него на ладони и горела мягким светом. Она была удивительно прохладна, чиста и прозрачна. Ламбино почувствовал вдруг, что здесь его уже нет, что он опять уносится куда-то далеко и, возможно, никогда не вернется.

- Да, - подумал гордый прораб, - я всегда хотел быть таким.

Глава 9

ГРУСТНАЯ КОРОЛЕВА

Весь день Ольга чувствовала себя как-то странно. Ночное видение не выходило у нее из головы. Оттого все и шло сегодня наперекосяк. Руки словно не слушались ее. Любимая работа абсолютно не трогала. За день она разбила пять тарелок, перепутала массу документов и забрызгала бразильским кофе пиджак режиссеру. Ее коллеги не могли понять, в чем дело.