– С этой стороны выглядит отлично, доктор Роббинс.

Роббинс смотрел на свое отражение в высоком зеркале примерочной комнаты и довольно кивал. Черный камуфляжный костюм для ночных операций, в который он облачился с помощью специалиста по Переходу Майлса, напоминал снаряжение аквалангиста: он закрывал все тело от плеч до лодыжек; голову приходилось продевать в дыру. На поясе висел цифровой сканер, похожий на дирижерскую палочку.

– Я только что откалибровал и сфокусировал Переход. Вы сможете совершить транслокацию, как только облачитесь в костюм.

Роббинс присел на скамейку, чтобы натянуть черные башмаки.

– Придется подождать Харрисона. Он принесет вакцину, которой я хочу воспользоваться. Майлс нахмурился.

– Ее принесет доктор Харрисон?

– Так он мне сказал. А что?

– Прежде чем выйти из переходной камеры, я увидел доктора Эртманн и решил, что вакцина у нее.

– Мне неважно, кто принесет, главное — получить вакцину.

Он встал и принял у Майлса черный капюшон с прорезями для глаз, рта и ноздрей, Роббинс пристегнул его к костюму с помощью герметичных магнитных застежек.

Майлс подал ему черные очки. В верхней половинке левого окуляра загорелся разноцветный дисплей.

«Зарядка проведена, диагностика закончена, — прочел Роббинс. — Отключение света».

В темноте очки переключились на ночной режим. Все вокруг выглядело нормально, только со слабым зеленым оттенком.

Роббинс опять посмотрел на свое отражение и улыбнулся. Биллингсли называл костюм для ночных операций «гардеробом взломщика» — метко, учитывая характер миссии.

Из-за необходимости максимально избегать контакта с людьми на ТКЗ работа там состояла, главным образом, в ночном обыске помещений с целью обнаружения рукописей и прочих документов. При неожиданном появлении в помещении «местного» полуночника костюм позволял облаченному в него исследователю оставаться незамеченным достаточно долго, чтобы успеть спрятаться или унести ноги.