— Пожалуйста, папа, — не без сарказма сказал Александр. Затем он вернулся на место, сел и спросил: — А чем вы сейчас изволите заниматься, папа?

— Вы-то хотя бы перестаньте, — раздраженно ответил Антон. — А то я сейчас встану и уйду, и доигрывайте без меня. — Он хотел было съязвить по поводу важного вида Александра, но не успел, Елена Александровна вступилась за него:

— Не приставай к отцу, Александр. Для него самого это большая неожиданность. Ты голоден, Антон? — обратилась она к нему.

Вопрос застал Антона врасплох. Он страшно хотел есть и, если бы не этот спектакль, воспользовался бы случаем, а сейчас лишь обреченно ответил:

— Да, то есть нет. Я не ел ничего сутки, а может, и больше. Но обстановка уж очень необычная, боюсь, кусок не полезет к горло.

— Больше суток! — ужаснулась старуха. — Ты же, наверное, умираешь с голоду. Это ничего, что обстановка такая. Не стесняйся. Ты хозяин этого дома. Перебори в себе неуверенность. Наташа! Ну где же ты? — крикнула она в раскрытую дверь, ведущую в соседнюю комнату, и вслед за этим на пороге появилась Наташа с большой инкрустированной шкатулкой из темного дерева. Она торжественно поднесла шкатулку Антону и, улыбаясь, поставила ему на колени.

— Открой шкатулку, — дрогнувшим голосом попросила Елена Александровна.

Антон вначале посмотрел на нее, затем на присутствующих. У всех на лицах было написано одно и то же — а именно любопытство.

— Ну, попробуйте, — нетерпеливо сказала Наташа, которая так и осталась стоять рядом.

Антон внимательно осмотрел шкатулку, затем попытался поднять крышку, но та не поддалась. Тогда он он провел пальцем по внутренней стороне бронзового вензеля, украшавшего купол шкатулки, и услышал характерный щелчок.

— Получилось! — вскрикнула на другом конце стола Ниночка.

— Ну вот, — облегченно вздохнула Елена Александровна. — Это твоя шкатулка, Антон. Только ты и я знаем, как она открывается. Саша сегодня два часа пытался её открыть, и у него ничего не вышло. Это твоя шкатулка, повторила она. — Открой её и прочти письмо.