– Я узнал о похищении Ут Доббс из утренних газет.

– Та-а-ак. Вы, Рейдинг?

– Я впервые услышал имя девочки из телевизионной передачи.

– Так. – Дорон сел и на секунду задумался. – Прекрасно. Ситуация несколько меняется. Стало быть, нам необходимо принять экстренные меры для розысков ребенка. Наш Комитет не может оставаться в стороне, господа, ведь мы тоже солдаты своей родины!

При этих словах все трое поднялись и, словно при исполнении государственного гимна, молча постояли несколько секунд.

– Прошу садиться, – сказал Дорон. И когда все разместились на своих местах, строго и без пафоса спросил: – Вы уверены, господа, что риск полностью исключен?

– Да, шеф, – твердо ответил Холл.

– Безусловно, – добавил Рейдинг.

– Отлично, Холл, вы можете переключить своих людей на поиск?

– Это в какой-то степени отвлечет их от прямых обязанностей.

– Мы имеем дело со случаем, – строго произнес Дорон, – когда Комитет способен пойти на издержки.

– Могу, шеф.

– Шансы на успех?

– Трудно сказать. – Холл замялся. – Очевидно, действует какая-то неучтенная шайка рэкетиров. Нащупать их будет нелегко.

– Три дня, – сказал Дорон, – и сто пятьдесят тысяч кларков. Сто из них мы компенсируем из гонорара сенатора Доббса. Рейдинг, а вы используйте в этом деле всю нашу технику.

– Операцию «Квартет» приостановить, шеф?

– М-да… – сказал Дорон, выразив сомнение.

– И «Адсорбент» профессора Чойза? Если, шеф, Институт перспективных проблем будет работать по утвержденному графику…

– Чойза отставить! – решительно прервал Рейдинга генерал. – «Квартет» продолжать! График работы ИПП срочно пересмотреть и увязать с новыми условиями. Операцию «Космос» перевести на режим абсолютной секретности. Вам ясно, господа? Если наши люди найдут девочку… Вы понимаете, что это для нас значит?