Профессор вернулся домой далеко за полночь, слегка под хмельком, переполненный противоречивыми чувствами, которые возникли в его душе от поздравительных речей и объяснений коллег в огромной к нему любви и уважении. В чем-то эти речи напоминали ему надгробные эпитафии. Выпитое и мрачные мысли заставили долго ворочаться в кровати — так что заснуть удалось далеко не сразу. Но в четыре утра Дмитрий Сергеевич проснулся (словно в голове сработал какой-то будильник) — и понял, что и сегодня он уже больше не уснет.

Оставалось прибегнуть к привычному средству — книготерапии. Однако Дмитрий Сергеевич вдруг обнаружил, что все имевшиеся в его распоряжении детективы кончились. Несмотря на то, что снегиревская библиотека в полной мере отвечала названию профессорской, вся развлекательная литература постепенно перекочевала к детям и внукам. На полках в комнате Дмитрия Сергеевича оставались лишь серьезные научные тома, много раз перечитанные, а частично и им самим написанные. Прикасаться к книгам подобного рода у профессора сегодня не было никакого желания. "Ученый Снегирев умер", — подумал Дмитрий Сергеевич. Однако решение проблемы он стал искать чисто научным аналитическим путем. Где в доме могут существовать книги, отличные от научных? Видимо, в комнате младшего внука, который имеет весьма непостоянный склад характера и стремится непонятно к чему. Следовательно, нужно поискать что-нибудь у Антона — а заодно и узнать, что составляет сейчас сферу интеллектуальных интересов внука. С легким стыдом Дмитрий Сергеевич подумал, что в последнее время он как-то упустил малыша, полностью загрузив себя университетскими делами. "Наверняка парню нужно больше внимания", — подумал он и направился в комнату к Антону.

Уже рассвело, но плотные шторы пропускали мало света, так что в комнате был полумрак. Единственное, что сразу же удалось рассмотреть профессору — это стоящий посреди нее собранный рюкзак. "Наверное, малыш собрался в поход", — подумал Дмитрий Сергеевич и направился к книжным полкам.